На выборах иногда встречаются два разных жанра политики. Один – когда кандидат стирает подошвы, ездит по району, отвечает на вопросы и показывает сделанное. Другой – когда фамилия красивая, отчеты гладкие, а главное достижение звучит так, будто его принесли из улья. В итоге избирателю остается не смотреть на перья и хвосты, а считать дела.
В одном округе, где дороги знают все ямы по именам, а жители давно научились отличать обещание от результата по запаху свежего асфальта, начался очередной политический сезон.
На старт вышли два персонажа будто из басни, которую забыли дописать в школьной программе. С одной стороны – Белка. Не простая, а политическая – в колесе, на встречах, во дворах, в парках, у врачей, в районах, на объектах благоустройства. Только успевай записывать: здесь парк, там двор, тут прием граждан, здесь вопрос медицины и машины скорой помощи, там люди ждут ответа.
С другой – Лебедь. Птица красивая, важная, государственная. Пять лет плавал по думскому пруду, пером не шумел, воду не мутил. А когда пришло время предъявить народу добычу, вынес на берег идею: увеличить количество пчел.
И ведь идея сама по себе хорошая. Пчелы – дело нужное. Мед, опыление, урожай, гармония природы. Только избиратель, человек практичный, стоит у разбитого тротуара и думает: «Пчелы – это, конечно, прекрасно. Но нельзя ли сначала поликлинику, освещение, двор и парк? А пчелы пусть тоже будут, только не вместо всего остального».
Белка тем временем снова куда-то побежала. У нее, как водится, колесо не декоративное, а рабочее. В один район – врачи. В другой – встреча. В Твери – реконструкция парка. В городе – благоустройство. Люди жалуются, спрашивают, спорят, требуют. Белка слушает, кивает, записывает, возвращается, проверяет.
Лебедь в это время, по слухам, все еще где-то на большом политическом озере. В округе его видели редко, примерно как редкую птицу из Красной книги: если повезет – мелькнет на горизонте, если не повезет – останется только фотография в буклете. Зато с пчелами все ясно: пчел надо больше. Тут позиция твердая, как соты.
Вообще, политический Лебедь – существо загадочное. Он может годами сохранять благородный силуэт, не приближаясь к берегу. Издалека кажется: вот-вот взмахнет крыльями, поднимется, прилетит, все исправит. Но проходит год, второй, пятый, а на берегу по-прежнему ждут. Только камыши стали выше и вопросы гуще.
Белка же лишена романтической загадочности. Она слишком заметна. Там поговорила, тут приехала, здесь получила порцию народного недовольства, там выслушала про трубы, дороги, врачей, освещение и детские площадки. У нее даже обещания выглядят не как лебединая песня, а как рабочий список: пункт первый, пункт второй, пункт третий.
И вот стоит избиратель между двумя жанрами. В одной руке – образ деловой суеты, где много пыли, встреч, поездок и человеческих вопросов. В другой – благородный силуэт и программа по увеличению пчелиного населения.
Справедливости ради, пчелы политике действительно полезны. Они трудятся, не спорят, дают результат и не исчезают из улья на пять лет. Может быть, поэтому идея Лебедя и звучит так трогательно: каждый политик в глубине души мечтает о таких избирателях, чтобы жужжали одобрительно, мед производили и лишних вопросов не задавали.
Но люди не пчелы. Их в улей не построишь, дымарем не успокоишь и сладким словом надолго не накормишь. Они помнят, кто приезжал, кто слушал, кто решал, кто был рядом, а кто только красиво отражался в воде.
Поэтому выбор здесь не между птицей и зверьком. И даже не между Алиной и Лебедем, как именами на афише. Выбор, как обычно, проще и строже – между присутствием и отсутствием, между работой на земле и полетом над округом, между списком сделанного и одной звучной инициативой из мира пасек.
А пчелы пусть будут. Хорошее дело. Только в политике, как и в хозяйстве, одного меда мало. Нужны еще дороги, врачи, парки, дворы, свет, разговор с людьми и привычка появляться там, где тебя ждут. Потому что округ не пруд. Красиво проплыть не получится. Тут или работаешь, или тебя провожают взглядом.
Ирина Смирнова
0
