В Тверской области начинается новый политический сезон. Хотя снега еще не думают таять, в региональном законодательном собрании случилась своего рода оттепель. На очередном заседании председатель федеральной партии «Яблоко» Николай Рыбаков рассказал о том, что с февраля 2022 года его партия выступает за скорейшее заключение соглашения о прекращении огня и сбережение человеческих жизней.
«Люди хотят жить нормально и не бояться»
Удивительное событие по нынешним временам. В Законодательном собрании Тверской области фракции «Яблока» и в лучшие для этой партии времена не было. А тут во время всеобщей заморозки в заксе прозвучали речи, которых там давно не слышали.
«В российскую политику необходимо вернуть понимание ценности человеческой жизни, тогда ресурсы страны будут тратиться не на конфронтацию, а на развитие, науку и культуру, – заявил Николай Рыбаков с трибуны регионального парламента. – Люди устали. Они хотят мира. Люди не хотят бояться постоянно за свое будущее, за свою жизнь, за своих детей. Они хотят жить нормально. Чтобы нормально жили они, их родители и дети. И я считаю, что наша страна этого заслуживает. Заслуживает того, чтобы, уважая память о прошлом, думали о живых».
Рыбаков также поднял тему опасности реабилитации сталинизма как в Тверской области, так и во всей стране: «Ужасно, что в «Медном» установлены бюсты Сталина, Кирова, Калинина. И прикрываться тем, что бюст Сталина установили как руководителя государства во время войны, совершенно невозможно и недопустимо. Потому что должны устанавливаться памятники жертвам террора, а не тем, кто их убивал».
Выступление Николая Рыбакова длилось почти 15 минут. Председатель Законодательного собрания Тверской области Сергей Голубев прокомментировал: «Коллеги, я думаю, выражу общее мнение, если скажу, что выступление было интересным, важным. С чем-то мы согласны, по всей видимости, что-то является очень дискуссионной темой, с чем-то, может быть, большинство присутствующих категорически не согласны. Тем не менее год понятный, год выборный. Впереди единый день голосования. Поэтому знать позицию, честную позицию иной политической структуры для нас важно».
Так что же случилось? Скорее всего, это инерция «медведевской либерализации» (помните, был такой президент России Дмитрий Медведев, который говорил когда-то, что «свобода лучше, чем несвобода»?). В регламенты региональных заксов тогда добавили, что раз в год они должны приглашать непарламентские партии. Вот и пригласили «Яблоко». И даже дали выступить. Любопытно, что тверские законодатели прозвали все непарламентские партии, но никто не пришел, кроме «Яблока».
Не знаем, предусмотрены ли выступления лидеров парламентских партий и почтут ли нас своим присутствием Геннадий Зюганов, Леонид Слуцкий и Сергей Миронов. Ждем приезда партийных лидеров на тверскую землю в рамках начатой «Яблоком» оттепели.
«Телеграм» как последняя капля нашей усталости
Николай Рыбаков затронул в своем выступлении еще одну основную политическую тему последних двух недель – замедление «Телеграма»: «Вчера я подписался на канал законодательного собрания в «Телеграме». Сейчас для наших людей наличие оперативной связи, которую в том числе представляет «Телеграм», – это просто вопрос их безопасности. Борясь с неугодной политической информацией, они показывают совершенно безответственное отношение к гражданам своей страны».
Замедление «Телеграма», кстати, первым делом вызвало гнев не у либеральной общественности, ратующей за свободу слова, а у патриотического сообщества, Z-военкоров.
Сергей Миронов, депутат Госдумы, лидер партии «Справедливая Россия», с думской трибуны озвучил их переживания: «Кто делает замедление «Телеграм», идите на передовую, на СВО! Ребята, которые кровь проливают, у них единственная связь с родными, близкими! Вы что делаете, идиоты? Я называю вещи своими именами: идиоты! Вы что делаете? Люди собирают деньги на СВО, единственная возможность общаться с родными, близкими через телеграм-каналы».
Зампред комитета Госдумы по экономической политике Михаил Делягин прокомментировал происходящее так: «Роскомнадзор блокирует «Телеграм» без объявления войны, без каких-либо разъяснений предварительных, без предупреждения. Борьба с мошенниками не должна оборачиваться борьбой с добропорядочными гражданами. Борьба с использующими электричество преступниками не основание запрещать электричество и тот же самый «Телеграм».
Надо понимать, что в этот мессенджер российские идеологические управленцы закачивали немалые средства, в нем создавались вполне прогосударственные каналы с миллионами подписчиков. Но, судя по всему, решения о замедлении работы этого мессенджера принимали люди, с ними не советовавшиеся.
Самому высокому начальству новости и аналитическую информацию подают на бумаге, так сказать, распечатывают этот самый интернет. И видимо, оно, высокое начальство, не понимает важности непосредственного обмена информацией в сегодняшнем мире. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков усомнился, что на линии боевого соприкосновения пользуются «Телеграмом» в качестве средства связи. Но скорее всего, сам Песков им пользуется.
Вообще, когда в России еще свободно работали два основных мессенджера – «Ватсап» (принадлежащий объявленной экстремистской компании Meta) и как бы наш «Телеграм» (придуманный российским гением Павлом Дуровым, вынужденным уехать из страны), чиновники и силовики предпочитали «Телеграм». «Ватсап» был, скорее, для простого народа. Блокировка его привела к тому, что в «Телеграм» начали мигрировать те, кто раньше им не пользовался. Последние несколько месяцев я регулярно получаю сообщения, что «теперь в «Телеграм» очередная соседка, мастер маникюра, продавец меда и так далее.
Почему чиновники и силовики доверяли детищу Дурова? Наверное, они помнили предыдущий неудачный опыт блокировки этого менеджера, тогда еще не такого популярного. Кажется, это было в 2018 году. Блокируя «Телеграм», Роскомнадзор тогда заблокировал все, что только возможно, от электронных кассовых аппаратов в супермаркетах до сайтов госорганов. А «Телеграм» работал.
Посмотрим, что с технической частью будет теперь. С тех самых баснословных времен (кажется, что 2018 год был совсем в другой жизни) я тоже, как и мои контакты из чиновников и силовиков, верю в профессионализм айтишников, работающих в «Телеграме».
Мессенджер MAX (кстати, разобраться бы, кому он действительно принадлежит, у нас часто объявляется государственным вполне себе контролируемое бизнес-структурами) от такого насильственного запихивания в него пользователей, которых последовательно лишают всякой альтернативы, не выигрывает. Отношение к нему сейчас напоминает реакцию россиян на вакцины «Спутник». Мы уже забыли, как еще четыре с половиной года назад обязательное вакцинирование от ковида казалось многим главной проблемой. Подставлять свое тело для неизвестно чего люди тогда испугались. Сейчас они боятся пустить слишком навязываемый госмессенджер в свои телефоны, которые для многих стали как бы выносной частью личности.
Зачем уставший от невзгод последних лет народ злить, лишая способов коммуникации, возможностей для бизнеса и так далее, разрушать последние остатки социальной стабильности? Вопрос, конечно, риторический…
Мария Орлова
0
